|
Молитва или гимн?
27.03.2008
Ибо кого же он будет тогда любить, человек-то?
Кому благодарен-то будет, кому гимн-то воспоет?
Ф.Достоевский
И то и другое!
Зная наизусть текст молитвы, религиозный человек, тем не менее, держит в руках
молитвенник – обычно близко к лицу. Тем самым он, заботясь о своей душе, книжкой
со святыми текстами как бы на время отгораживает свой разум от окружающей его
действительности. Поэт, читая стихи, зачастую тоже держит книжку подобным
образом. Отдаваясь чувствам, и он, возможно, в это время частично отключает свой
разум. Но при этом поэт не отгораживается от окружающих его людей, а, пропуская
стихи через свою душу, вслух открывает их (свою) суть на чувственном уровне. В
свою очередь аудитория, настроенная на эту же волну, воспринимает поэтические
строки, словно священные тексты. Именно так и происходит, когда свои стихи с
неповторимой интонацией читает Рина Левинзон. В ее художественных миниатюрах как
всегда много света, любви и красок.
Остановите шар земной…
Не надо ни огня, ни света –
Оставьте маму! Только это!
Оставьте навсегда со мной!
Огромное количество стихов Рины - это либо молитва, либо гимн, либо и то и
другое вместе, поскольку в них обращение то к богу, то к природе, то к любимым,
и посвящения, посвящения, посвящения опять же любимым ею людям и, прежде всего,
самым родным – членам семьи.
Ах, что мне жизнь –
отдам ее шутя,
но сбереги, Господь, мое дитя.
Ладонь Твоя, и длань Твоя, и власть.
Будь милостив – не дай ему упасть.
А я уж так – грядет моя зима,
забудь меня, я как-нибудь сама.
Вот фрагмент стиха, который иначе как гимн маме и не воспринимается.
Легка дорога и ясна,
И все мне просто удается,
И нету тьмы, а только солнце,
Пока есть мама у меня.
«А истина в старом – любить и бродить» (Р.
Левинзон)
Когда слушаешь этого человека, бросается в глаза ее бесконечная благодарность не
только родным и близким, но окружавшим и окружающим ее современникам, с которыми
она делится радостью своего творчества. А при общении со слушателями слово
«любовь» не сходит с ее уст и, как ни странно, при этом не подвержено инфляции.
Вот и в этот раз встречу с любителями поэзии в библиотеке арадского Дома
культуры на прошлой неделе Рина начала словами - «я люблю Вас». И можно не
сомневаться, что это не дань моде, принятой сегодня среди певцов как дежурное
обращение со сцены к зрителям, а действительно искренние слова. Такова эта
женщина, поэт Рина Левинзон, и не верить этому грешно.
Грешно, потому что человек, который не плетет небылиц в своих стихах, не станет
обманывать и в жизни. С первых же слов Рина с радостью объявила, что в Араде у
нее появились новые друзья, которых она назвала поименно, и прежде всего
Григория Брусиловского. Также поименно она поблагодарила всех, кто участвовал в
организации этого вечера. Даже эти обычные знаки уважения из уст Рины Левинзон
звучали как стихи. Возможно, ее голос иначе и не воспринимается. Это ощущение
очевидным образом коррелируется с ее определением, что есть поэзия:
Она во мне, как бытие,
Которое не выбирают.
Так раненый олень копье
Несет, пока не умирает.
Советы от Рины Левинзон
Затем пошли стихи, стихи, в которых нашли отражения различные чувства. Все это
вперемежку с комментариями познакомило собравшихся в библиотеке арадцев с
фрагментами из жизни там (в Союзе) и здесь и отношением автора к окружающей
действительности. На примерах из личной жизни Рина дала несколько советов, как
овладеть ивритом, и поведала о своем нежном отношении к этому языку.
Очарованье чуждых слов,
Чужого языка похмелье,
С другим названием любовь,
Да в ней все прежнее веселье…
Оптимизм и противостояние невзгодам с уверенностью, что человеку подвластны даже
самые сложные жизненные коллизии, - это тот принцип, который исповедует Рина и
советует всем к нему присоединиться.
Все, что болело, отболит,
соль жизни все залечит раны,
и воздух, легкий и пространный,
опять меня развеселит.
И снова радостью окатит
растаявшая вдруг беда.
И снова упадет звезда,
и ветер с гор ее подхватит.
В самом деле, поэзия Рины Левинзон пронизана духом уверенного в себе человека,
взывающего в своих стихах к памяти ушедших, поющего о любви и с ясным оптимизмом
смотрящего в будущее.
Обними меня – сотни веков
пусть пройдут, ничего не меняя.
Все в одно повязала любовь.
Все скрепила причуда земная.
Правильный выбор
Конечно же, где стихи, там и музыка. Арадские композиторы Владимир Спектор и
Леонид Свердель принесли музыку на стихи Рины, так что и скрипка была, и
аккордеон, и органола, и вокал. В Араде не существует единого координатора
городских мероприятий, поэтому у любителей культурных и общественных мероприятий
постоянно возникает необходимость выбора одного в ущерб другому. Так было и в
этот вечер – сразу три мероприятия почти в одно время, и в том числе
познавательная встреча с мэром города. Однако зал библиотеки оказался
заполненным, несмотря на прочие соблазны. И можно не сомневаться, что встреча с
Риной Левинзон оказалась лучшим выбором.
Григорий Нисенбойм
Еще по теме:Поэт, как и ангел, не обязательно мужского
рода
|
