Окт
23
Надежда юношей питала. И судный день настал


Такое важное достижение общества, как забота о немощных, определяет степень цивилизации этого общества. В нашей стране масса учреждений и, прежде всего, это Дома престарелых. Подобное положение вещей само по себе утешает, даже при том, что уровень обслуживания в различных Домах престарелых неодинаково хорош.Казалось бы, обычная история, каких тысячи!

Жил-был человек, работал, занимался на общественных началах творческой деятельностью, состарился и поселился в Доме престарелых, где ему обеспечен уход и поддержка в борьбе со старческими недугами. В большинстве случаев это так. Однако бывают драматические истории, вовлекающие в этот процесс неравнодушных людей, пытающихся остановить ход событий, особенно, если возникшая ситуация несправедлива изначально.

Часть1. Март Моисеевич Брук, заслуженный работник культуры БССР, бывший цирковой артист и режиссёр, поселился в городе Арад в начале девяностых, как принято вспоминать о тех временах – в разгар большой алии. Поскольку искусством в новой стране заработать средства для жизни не представилось возможности, Март, имея еще и профессию инженера- механика, днем работал на заводе, а по вечерам налаживал цирковую студию, занимаясь с детьми акробатикой.

В конце концов Март Моисеевич реализовал свою мечту и в 1993 собрал в Араде первую цирковую группу, которую впоследствии назвали «КЕШЕТ» – Цирк Мира и Надежды. Когда сложился солидный репертуар, состоялось несколько успешных гастрольных поездок по стране, и работа, работа, работа над новыми номерами.

Стоит отметить, что не так-то просто поддерживать напряженную работу на общественных началах и творческую атмосферу в коллективе с людьми разного возраста и ментальности, собравшихся под одной крышей из различных регионов СССР. Надо отдать должное Марту, что ему удавалось многие годы поддерживать теплые отношения в коллективе, гася мелкие конфликты, свойственные творческим личностям. Прошли годы, Март состарился. Вышел на пенсию и большую часть освободившегося времени он теперь посвящал развитию любимого дела – цирку. К этому времени поселился он в хостеле.

Но пришли болезни, и Марту Моисеевичу потребовалась помощь «метапелет». Для многих людей золотого возраста – обычная ситуация. И всё было бы хорошо, но, как зачастую бывает у пожилых людей, появились первые признаки склероза. Был кризис, связанный с болезнью, однако Март Моисеевич, поддерживаемый своими учениками и «метапелет», восстановился и, более того, продолжил работу с цирком «КЕШЕТ».

Часть 2. Неожиданный поворот
Эта часть повествования и последующие две записаны со слов Алекса Вульфсона, первого ученика Марта Моисеевича – продолжателя его трюков, ведущего артиста «КЕШЕТ» и на сегодняшний день ответственного за его репертуар.В феврале 2007 года неожиданно в размеренную жизнь Марта Моисеевича вмешивается его родная сестра, проживающая в центре страны и до этих пор в Араде практически не замеченная. По абсолютно не понятным причинам она инициирует судебный процесс, о котором ни сам Март Моисеевич, ни его ближайшее окружение (ученики, «метапелет») даже ничего не подозревали. На суде Март Моисеевич признаётся недееспособным и ввиду того, что единственная близкая родственница, его сестра, от опекунства над ним отказывается, назначается государственный опекун – амута «Шефер».

И что же дальше? А дальше его сестра убедила Марта поехать в Дом престарелых в далёкий город Лод. Понятно, что для этого было пущено в ход всё возможное психологическое давление. К сожалению, Март Моисеевич поддался на уговоры своей сестры, не послушав наших предостережений, и согласился переехать жить в Дом престарелых.

В начале марта 2007 года в коллективе «КЕШЕТ» отметили 70- летний юбилей создателя и руководителя цирка Марта Моисеевича, и буквально через день он уехал. Уехал в сопровождении «метапелет», попросив нас, своих учеников, не провожать и не сопровождать его во избежание грустных сцен расставания.

Часть 3. Тайны «лодского двора»
Как выяснилось чуть позже, сразу по приезде Март Моисеевич без каких- либо дополнительных проверок был определён в отделение для «душевно уставших» («тшушей нефеш»). Дверь за ним закрылась на кодовый замок, и мир сомкнулся вокруг него серыми стенами. До сего момента наш учитель продолжает находиться в вышеуказанном отделении в положении «душевно уставшего», т. е. просто сумасшедшего.

Но самым ужасным, как стало ясно спустя время, с этого момента был включен счетчик. Какой? Об этом чуть ниже. По прошествии месяца со дня «госпитализации» Март Моисеевич начал подавать первые сигналы бедствия. Он понял, где находится, в окружении кого и на каких правах. К сожалению, к тому времени возвращаться Марту Моисеевичу было просто некуда, а главное, – невозможно, ведь он сумасшедший! Хостель был рад от него избавиться.

Как только мы поняли, что дело плохо, сразу же связались с отделением амуты «Шефер» в Лоде, руководствуясь наивными соображениями о том, что опекуны должны не просто опекать подопечного, а неустанно печься о его благе. В течение полутора месяцев социальные работники в филиалах амутат «Шефер» Лода и Беэр- Шевы (позже мы обращались также в филиал Беэр- Шевы) буквально водили нас за нос, обещая разобраться и помочь, при этом прося перезвонить через несколько дней или неделю, мотивируя тем, что они очень загружены и у них есть очередь.

А ведь речь шла о живом человеке! При этом всё, что мы просили, – это дать разрешение независимому врачу на осмотр Марта Моисеевича, причем за наш счет !!! Дело в том, что врач по закону не имеет права проверить недееспособного человека без согласия опекунов, что бы ни происходило. Свой отказ дать соответствующее разрешение представители амуты «Шефер» не мотивировали ничем. «Мы не видим в этом надобности», – был их ответ.

Когда же мы стали настаивать и пытаться требовать человеческого отношения к проблеме, нам заявили: «Не лезьте не в своё дело! Он (Март Моисеевич) признан недееспособным через суд. Кто вы такие для него? Вы не его семья! … На осмотр врача разрешения мы не дадим, т.к. не видим в этом надобности. Перестаньте звонить! То, что он говорит, что ему плохо, – это результат его болезни. Если у вас есть достаточно денег, чтобы заплатить врачу за осмотр, значит, у вас найдутся деньги и на адвоката. Можете обратиться в суд». Вот и весь разговор!

Часть 4. Заложник
Пока суд да дело, мы навестили Марта Моисеевича по месту его нового жительства. То, что мы увидели, нас потрясло. После чего мы обратились к адвокату. К сожалению, в течение ещё пары месяцев этот адвокат ничего добиться не смог. Зато и денег не взял. Встречаются же еще на нашей грешной благородные люди! Время неумолимо бежит вперед. Уже и конец лета наступил, а воз и ныне там.

Стало ясно, что для дальнейшего ведения дела , нужны деньги, и на собрании коллектива «КЕШЕТ» решили выручку от выступлений не тратить, как было до этого, – на реквизит, а собирать на благое дело. Наняли другого адвоката, и ему удалось через некоторое время добиться реакции опекуна, амуты «Шефер», и выразить свое мнение по сложившейся ситуации.

Из полученного ответа следовало, что Март Моисеевич был принят в отделение для «душевно уставших» без соответствующего кода (обеспечивающего субсидии от министерства здравоохранения). Его содержание в этом отделении стоит 6,000 шекелей в месяц. Прошло 5 месяцев. Код ещё не получен. Поэтому, чтобы отпустить пациента, кто-нибудь должен заплатить 30,000 шек. за его содержание в указанный период. Вот так наш учитель оказался не только сумасшедшим, но стал ещё и заложником системы. А таких денег нам не собрать.

Эпилог
Спустя год с начала борьбы за своего учителя, потратив собранные деньги, ребятам удалось, наконец, добиться решения суда и провести независимую медицинскую экспертизу. Всё это время Март продолжает оставаться в Доме престарелых г. Лод в закрытом отделении, практически, в тюремных условиях, среди людей, в большинстве своём, потерявших рассудок. Единственной связью с внешним миром служат наши телефонные звонки и наши к сожалению, нечастые  визиты и его сестры.

Специально нанятый врач психогериатор проверил Марта прямо по месту жительства (читай заключения). Проверка показала граничные результаты. Слишком долго Март Моисеевич (практически год) просидел в 4 стенах в вышеописанной компании. В результате чего болезнь прогрессировала. А сам он, по причине всё той же подлой болезни привык к новому месту.

В неофициальной беседе врач сообщил Алексу: «Если бы я его увидел в таком состоянии год назад, то порекомендовал бы не оставлять его здесь, а перевести в открытое отделение. В данный же момент г-н Брук уже привык к новому месту жительства, ни на что не жалуется, а переезд при его заболевании на новое место может стать причиной регрессии». Отсюда и рекомендация пока оставить всё как есть и провести курс лекарственной терапии. А там будет видно.
Судный день
В этой истории надежда юношей питала, и еще не поставлена точка. А драматическая развязка, возможно, еще впереди, но несомненным стало то, что наши своих не бросают. И как бы ни сложилась судьба Марта Моисеевича в дальнейшем, – огромное человеческое спасибо ребятам арадского цирка «КЕШЕТ» и, прежде всего, Алексу Вольфсону за то, что несмотря на трудности и отсутствие свободного времени, они проявили себя правофланговыми в моральном строю, чего часто недостает в нашем обществе. И нет сомнений, что в судный день этого года они были чисты и как никто другой заработали хорошую запись «гмар хатима това».

Григорий Нисенбойм

270 Просмотров
2 комментария

2 комментария to “Надежда юношей питала. И судный день настал”

  1. Ale Says:

    Не звёзды друг мой А сами мы виновны Это я о грехах наших Вечное противостояние Добра и Зла Очень обидно когда Зло побеждает т.е. остаётся не наказанным Но сколько ниточке не виться всё равно клубочку разкрутиться.

  2. Alex Says:

    Плохо когда зло не наказывается сразу!

    Ужасно когда страдают безащитные люди!

    Отвратительно когда физически нет возможности наказать сволочь.

    Обидно, когда на это просто не хватает денег.

Написать комментарий

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.